С Богом в душе

Светлана Мизери – народная артистка, лауреат Госпремий СССР и РФ

Родилась Светлана Николаевна в Москве. В очень бедной семье. Жили в коммуналке, где обитало еще сорок человек. Там, в Борисоглебском переулке, прошло ее детство. Мама – домашняя хозяйка, отец – бухгалтер. Они были простыми людьми, но натурами были художественными, тонкими. Понимали и любили искусство и красоту. Мать обладала замечательным голосом. А отца-красавца заметил Протазанов и приглашал сниматься в кино. Жизнь распорядилась по-другому. Многое не осуществилось, не сбылось. Пятьдесят с лишним лет отец и мать прожили в любви, они хранили ее. Дочь родилась в любви. Любовь стала главным стержнем и в жизни самой Светланы. Она очень любила свою бабушку, многое усвоила от нее. Это была женщина аристократических кровей, душевная, милосердная, совершенно бескорыстная, глубоко верующая. До старости помогала как могла бедным людям. Врачевала. «Не в богатстве счастье, – говорила она, – а вот сделай что-нибудь доброе другому – и будет счастье!» Образ бабушки возникает всегда, когда Светлана Мизери выходит на сцену в роли Молли в спектакле «Белые розы, розовые слоны…» У. Гибсона.

В жизни Светланы Николаевны все шло не то, чтобы гладко, а естественно. «Я с малых лет уже знала, что буду актрисой, – говорит она, – путь мой словно был кем-то начертан, предопределен». Легко поступила и успешно окончила школу-студию МХАТа. В роли Нади во «Врагах» М. Горького дебютировала на сцене прославленного Художественного театра. На нее обратили внимание, но в этом театре она не осталась, ушла в «Современник». Она искала свой путь к героиням-современницам. Сыграла Веронику в «Вечно живых» В. Розова. Но актерская судьба, как хотелось, не складывалась. Пришла к Н. Охлопкову в театр им. Маяковского и попросила роль, здесь и осталась на долгие годы. Поверила в свою актерскую судьбу и в талант режиссера – самобытный энергичный. Поверила в свои силы и возможности, проявилась ее индивидуальность. У нее был дар видеть больше, чем предлагалось драматургом и режиссером. Так неожиданной оказалась роль Жанны («Проводы белых ночей» В. Пановой). «Мы увидели, что значит истинное художественное решение образа… Вот они возможности театра!» – скажет о ней критик Н. Крымова.

Светлана Мизери стала ведущей актрисой театра. Роли у нее были самые разные – от драматических и лирических до комических и гротесковых. Охлопков отмечал в ней большую глубину мысли и чувств, яркий, легко возбудимый темперамент, заражающий зрителя. «Мы считаем, что это яркое и выдающееся явление в театральной жизни – молодой талант Мизери, который еще раскроется своими гранями», – говорил он. Он отмечал, что ей «трудно было завоевывать сцену такого прославленного коллектива. Нужно было доказать свое право, и сделала она это талантливо». Она завоевала любовь зрителя ролями своих сверстниц (Валя, «Иркутская история» А. Арбузова; Груше, «Кавказский меловой круг» Б. Брехта; Людмила, «Дети Ванюшина» С. Найденова и др.). Ее героини всегда несли драматизм судьбы. А главное, актриса чувствовала движение жизни, замечала все вокруг. Умела уловить новые общественные явления и проблемы своего времени. Она считала, что это были счастливые дни, замечательные времена. Ее героини были ей близки и дороги. Она их любила. Они увлекали ее человеческой емкостью, сложностью судеб, душевной щедростью. Живой ум актрисы привносил в них свои знания жизни. Она подчеркивала их «человеческую содержательность, гуманизм, какую-то особую отзывчивость, умение жить для других. Актриса никогда не позволяла себе поддаться соблазну сопереживать на сцене по поводу женской неустроенности, неурядиц быта, превратности судьбы». Ей нравилось деятельное начало ее сверстниц, их гражданская устремленность (Мария в одноименной пьесе А. Салынского, Марта в «Интерью в Буэнос-Айресе» Г.Боровика и др.).

Светлана Мизери – «актриса большого драматического нерва, женщина в полном смысле слова – яркая индивидуальность», сильная, внутренне эмоциональная, заразительная», «актриса очень здоровая по своему нутру, внутренне чистая. А это очень важно, ценно в актере, что бы он ни играл – Брехта или Шекспира». Так отзывалась о ней актриса Нина Гуляева. Да и сама Мизери признавалась, что всегда хотела играть женщин гордых, сильных, с устойчивым характером. В героинях всегда искала внутреннюю красоту, а в людях больше всего ценила волю, любовь, оптимизм.

Но несмотря на успех, не всегда гладко было в творческой жизни актрисы. Был, например, очень трудный момент, связанный с «Иркутской историей», где она играла главную роль. В театре имени Евг. Вахтангова играла Ю. Борисова. Арбузову нравилась Борисова. «Раскручивали», как это сейчас говорят, вахтанцовцев, хотя спектакль в Маяковке, по мнению зрителей, был мощнее. Не очень любит рассказывать об этом периоде актриса. Психологически ей было больно.

Охлопков предложил Мизери роль Медеи в пьесе Еврипида, которую играла Евгения Козырева. Мизери отказалась. Чувствовала, что не потянет роль. Не созрела еще. Не понимала Медею. Это понимание пришло позднее. Помогли природный ум, философская мудрость, огромное желание понять поступки Медеи, ее внутренние побуждения. «Медею» поставил с ней Игорь Сиренко, актер того же театра. Она имела успех долгие годы.

Поиски, разочарования, неудовлетворенность, недовостребованность – через что проходит со временем почти каждый мыслящий актер. Мизери чувствовала, что ей нужен другой режиссер, который бы соответствовал ее творческим устремлениям, понимал бы ее как личность. Она сама признается, что в работе на сцене была конфликтной, неудобной. Многое видела по-другому. И этот режиссер нашелся. Игорь Сиренко. Актер, думающий и тоже ищущий свой путь в театре. Режиссура для него была не увлечением. Он чувствовал в себе призвание. И ушел из театра. Мизери поняла, что без него в театре делать нечего. «Он для меня изначально был тем режиссером, с которым я могла как актриса – работать». Через год ушла из театра и Светлана Николаевна. Ушла в театр имени А. С. Пушкина. Там у нее были хорошие роли (Комиссар в «Оптимистической трагедии» Вс. Вишневского, Мария, Марго в «Законе вечности» Н. Думбадзе и др.). Но творческий потенциал и огромный эмоциональный заряд были не востребованы так, как хотелось. «Я была очень избирательна, – говорит Светлана Николаевна. – Не было главным каждый день появляться на сцене, чтобы меня знали, помнили. Я была далека от этого. Не гонялась за лучами славы». Она стремилась к театру, где ставились бы пьесы, в которых «необходимо преодолевать барьер равнодушия, обывательщины, общей усталости». «Для меня как актрисы в этом преодолении есть какой-то азарт. Непременно хочу достучаться до сердца зрителя, заставить его чувствовать». Для нее важно говорить со сцены о духовных ценностях и именно сейчас, «когда все обнажено, открыто, откровенно, когда в человеческих отношениях прибавилось грязи, мусора – всего этого ужаса… Но чтобы услышали, надо самой не быть равнодушной». Она не была равнодушной.

«Все, что происходило в моей жизни – все было естественно. Нет ни одной ошибки», – говорит Мизери. – Творческий путь мне был начертан правильно». Игорь Сиренко стал ее судьбой. Ее мужем. Другом. Это ее второй брак. В первом была замужем за известным актером Михаилом Зиминым. От него родилась дочь – Мария Зимина. Союз с Сиренко оказался счастливым и плодотворным. Родился театр «Сопричастность» – плод их взаимной любви. Не задумываясь, она перешла в этот театр и помогала мужу строить, создавать атмосферу театра-дома. Именно здесь почувствовала живое общение театра и зрителя, его сопричастность тому, что происходит на сцене. «У меня такое ощущение, что я всю жизнь шла к этому театру. Сегодня такое сложное для художника время, что если бы не «Сопричастность», я бы вообще ушла из театра. Все эти современные театральные изыски не по мне. А здесь я работаю с большой радостью. Для меня этот театр – оазис среди кошмара и пошлости, которые нас окружают». «В больших театрах, – считает она, – большие интриги, закулисная возня. Я не могу находиться в такой атмосфере, потому что она мне противна». Ей нужна доброжелательная, теплая атмосфера. Взаимопонимание. В ее жизни было много сложностей. По натуре она – борец. И это не скрывает. Театральных интриг избежать не удавалось. Участь талантливой, красивой актрисы. Актрисы – личности.

«Мизери – это настоящая актриса, высочайшей пробы», говорит о ней И. Сиренко. – Это Богом данный талант. Она служит своему делу с полной отдачей». Сиренко мечтает создать театр «большой мысли и большой страсти, желает вернуться в исконные берега русского театрального искусства». А главное, считает он, со сцены можно сказать людям много доброго. Это и дорого Светлане Мизери. Театр для нее не только труд, но и радость. Она играет с радостью, с любовью.

«Только любовь родит любовь. Любовь есть высшее значение: чем сильнее любишь – тем строже требуешь, тем выше желаешь видеть предмет своей любви. Любовь бескомпромиссна. Отсюда мы идем к решению важной темы, отсюда подход к таланту – когда боль, волнение, радость и страх – все это талант». Такова жизненная позиция самого Сиренко. Эту позицию разделяет и Светлана Мизери. Любовь для нее – состояние души. Цену любви она знает. Любовь главное – чувство в ней. Может, поэтому удаются ей роли, которые она играет: Молли («Белые розы…»), Екатерина Великая («Любовь – книга золотая» А. Толстого), Элеонора («Месье Амилькар» И. Жамиака), Домна Пантелеевна («Таланты и поклонники» А. Островского), Мать («Кровавая свадьба» Гарсиа Лорки). Зерно этих образов – любовь. Это главная определяющая тема в Элеоноре. Для Мизери важно передать внутренний мир героини, ее высокое чувство любви, душевную красоту и благородство любящей женщины. Любовь к ближнему, любовь к людям несет и ее Молли. Ее Молли понимает, что победить несправедливость невозможно, но не перестать верить в то, что если каждый человек изменит что-то в себе – мир изменится. Добро победит. Жить в гармонии с самим собой. А это значит и с миром. Мир не изменить. Но можно изменить малую частицу себя. «Именно эту тему я и играю, потому что считаю: она прекрасна, – говорит Мизери. – Я сама эти вещи всю жизнь исповедовала со сцены и свою жизнь так прожила…».

Мастерски, талантливо играет Мизери роль Матери в «Кровавой свадьбе». Ее Мать – сильная, красивая, мужественная женщина. Великая в своем горе. Сильна ее материнская любовь. Трагична ее судьба.

Светлана Мизери была рождена стать актрисой. Она ею стала. В театре «Сопричастность» в полную меру реализуется ее талант. Здесь она чувствует свою нужность. У нее свой зритель. Он любит ее. «И какая же радость вдруг ощутить, что где-то там, в темноте зала, бьется сердце со словами, идущими со сцены”, – говорит актриса. – Я настраиваю душу к каждому спектаклю, а камертон – наша жизнь. Проделывая путь от дома до театра, я примечаю все до мельчайшего штриха, все, что вижу, сквозь себя пропускаю, боль чужую – всех этих бомжей, нищих, калек… Но не ужас, не отторжение, не брезгливое чувство владеет мной. Главное для меня – любовь: к ближнему, к животному, к счастливому, к несчастливому. Вот с чем надо жить – с Богом в душе!» А ведь это то, что преподала ей бабушка. Эти слова стали лейтмотивом жизни актрисы, ее творчества. Во всех ролях она проносит тему любви и чувствует, что еще многое может сделать, многое отдать своему зрителю. Это ее долг.

Светлана Мизери счастлива. Не только своими ролями. Но и жизнью своего театра. Она идет по начертанному ей пути. Но видно не только ей начертана судьба. Ее дочь Мария Зимина – актриса. Работает вместе с ней. Она похожа на Мать. И такая же скромная и ранимая. Красавица. Талантлива, как и ее родители. И так же ищет свой путь в искусстве.

Ни мать, ни дочь, ни Игорь Сиренко не любят театральных «тусовок». У них есть свой круг друзей. А тусовки… – «Они меня опустошают, – говорит Светлана Николаевна – и возникает раздражение». Они охотно приглашают в гости своих друзей. «С ними хорошо, – признает актриса. – Мне хочется готовить для них и угощать». А угощения она творит замечательные.

А еще в театре часто бегает ее пятилетний внук Миша, сын Марии. Белоголовое, голубоглазое чудо. Он так похож на свою бабушку. Смотрит каждый спектакль. «Видно в душе его что-то происходит, – отмечает Светлана Николаевна. А я спросила Мишу: «Ты любишь театр?» «Очень! – ответил он. – Я хочу стать актером!». Видно, и путь маленького Миши уже предначертан. С малых лет манит его свет рампы и запах кулис. Не в этом ли загадка актерской породы семьи Светланы Мизери?

Галина МАТВЕЕВА  (Газета «Доктор Чеховъ» № 5-6 2002 г.)